Рисунки русская деревня: D1 80 d1 83 d1 81 d1 81 d0 ba d0 b0 d1 8f d0 b4 d0 b5 d1 80 d0 b5 d0 b2 d0 bd d1 8f: стоковые фото, изображения

Содержание

Русская деревня (Северная деревня), Поленов

Русская деревня (Северная деревня) - Василий Дмитриевич Поленов. 1889. Холст, масло 89 х 142


   В 1889 году свет увидел новое произведение Василия Поленова «Русская деревня». Композиционное построение, цветовое решение, а главное, лиризм и камерность этой картины, сразу напомнили зрителю другую работу живописца, ныне более известную – «Московский дворик», написанную за 11 лет до этого. Художник в новой картине умело и очень естественно опоэтизировал русскую деревню, создав милый сердцу образ, простой и узнаваемый каждым.

   Как всегда, живописец всё тщательно продумал, и взгляд зрителя движется точно по заданному талантливой рукой мастера маршруту: узкий деревянный мостик через небольшую речку, как бы даёт направление нам, и мы постепенно погружаемся вглубь этой простой, милой деревенской пасторали.

   Зрителю открывается вид на небольшое село, состоящее из нескольких дворов. А может это лишь край села или отдельно взятый хутор. Каждый двор обозначен традиционной русской избой, сложенной из длинных массивных брёвен, которые уже давно потемнели от дождя и времени. Петляя между домами, взор выхватывает сельскохозяйственные постройки, крытые соломенной крышей. Поленов не забыл ухватить все мельчайшие детали – и аккуратные печные трубы, и наличники окон, и резные украшения фронтонов деревенских домиков.

   Вглядываясь в пейзаж, постепенно начинаешь осознавать, что в этой скромной деревне бурлит жизнь: вон ребёнок стоит у воды речушки, на берегу топчутся куры, на кривом плетне сидит птица, то ли ворона, то ли сорока, а ровные грядки говорят о рачительных работящих руках. Вытоптанные до жёлтого песка тонкие дорожки, ведущие прямо к белому берегу и мосту, также подчёркивают бурлящую деревенскую жизнь. Дети в картине – и мальчик, играющий с корабликом, и ребятня на склоне играют несколько стаффажную функцию, но без этих героев образ деревни был бы неполон.

   Филигранным образом выписаны облака на небе – это какое-то белое прихотливое кружево, сплетённое на идеально ровном голубом фоне, сквозь которое льётся мягкий рассеянный свет.

   Рассматривая ближе руку мастера, то есть стиль письма, можно отметить, что он не однороден. Мелкие детали картины выписаны с особой тщательностью, тогда как тропинки и зелёная трава исполнены широкими мазками, свободно, где-то по-этюдному.

   Картина полноцветна и богата: насыщенный зелёный цвет травы, голубое небо, яркая жёлтая отмель и тропинки, серые домики - и всё это залито спокойным солнечным светом. Внимательный зритель отметит, что передний план картины ещё богат оттенками и тонкой нюансировкой: в воде можно разглядеть проблески сиреневого и розового.

   Поражает настроенческая составляющая этой картины – умиротворение, покой и благодать. Поленов, как никто другой, мог наполнить свои пейзажи необыкновенным щемящим чувством радости – это счастье бытия человека, существования его в окружающем мире. Самые значительные его достижения в этой области связаны именно с изображением русских просторов, и картина «Русская деревня» простое и красноречивое тому подтверждение.

Набор для вышивания Матрёнин Посад 1788 Русская деревня

Общие характеристики
ПроизводительМатрёнин Посад
Типсхема для вышивания
Заполнениеполное
Подробная комплектацияканва с нанесенным рисунком, руководство по вышиванию
Словарь терминов
Тип
В набор для вышивания входит все необходимое для вышивания: канва для, схема, мулине, инструкция, так же в наборе может быть игла.
Вышивание бисером – популярный вид рукоделия. Бисер украшает работу, придет ей фактурность и объем. В набор для вышивания бисером, в зависимости от комплектации, входит ткань с нанесенным на нее рисунком, схема для вышивания, бисер, нитки, игла для бисера.
Вышивание лентами – особый вид рукоделия, в котором рисунок вышивают на канве с помощью шелковых лент и иглы. Этот вид вышивания применяется для вышивки художественных работ, кроме того лентами расшивают свадебные платья, сумочки, скатерти и салфетки, конверты для новорожденных. В наборе для вышивания лентами обычно есть все необходимое для вышивания.
Заполнение
В наборы для вышивания с частичным заполнением входит канва для вышивания, на которую рисунок уже нанесен и вышивать нужно только отдельные участки работы, в соответствии со схемой.

Полная информация о товаре, изготовителе, комплектации, технических характеристиках и функциях содержится в технической документации.

Описание товара

Отзывы о Набор для вышивания Матрёнин Посад 1788 Русская деревня - рисунок на канве (МП)

Оставить отзыв

Отзывов на данную модификацию пока нет. Ваш отзыв поможет кому-то сделать выбор. Спасибо, что делитесь опытом!

Лучшие варианты покупки по низкой цене

Где купить дёшево? Рассмотрите предложения с доставкой или самовывозом. Сравнение цен онлайн. Выберите удобное для себя место приобретения.

Возможно, вас также заинтересует, что с этим товаром часто покупают

Набор для вышивания Матрёнин Посад 1788 Русская деревня - рисунок на канве (МП): стоит ли покупать, описание, фото, характеристики, отзывы покупателей, инструкция и аксессуары, сборка аппарата, обзор.

Русская деревня - русская деревня фото, старые русские деревни – ФотоКто

9 сентября в Краеведческом музее Брянска открылась выставка Павла Капустина «Забытая Россия». В течение нескольких месяцев фотограф ездил по отдаленным деревням, в которых осталось всего по несколько жилых домов. Туда не ходит общественный транспорт, а дороги, если они и были, давно заросли. Как выглядят такие забытые русские деревни сейчас - блог расскажет вам.

Русская деревня

Первое упоминание о селе Гладское относится к началу XVII века. В советское время местные жители работали в колхозе «Сталинский богатырь». Сегодня здесь больше никто не живет, дома заброшены, а улицы заросли высокой травой.

Русская деревня

В отличие от многих других заброшенных деревень в домах Гладского почти не осталось вещей. Люди, покидая родное село, забирали все с собой.

Русская деревня

Все, что осталось в Гладском, — это разбитые окна, стены и остатки обрушившихся крыш.

Русская деревня

Половина домов в деревне Печки разрушены или заколочены. Анастасия Васильевна живет здесь последние 58 лет. Всю жизнь она проработала дояркой в колхозе. За продуктами она ходит в соседнюю деревню, так как магазинов в Печках нет.

Русская деревня

Единственный человек, постоянно живущий в Осинках, — Василий Иванович Кубаткин. Он потомственный казак. Василий Иванович следит за порядком, косит траву, присматривает за кладбищем.

Русская деревня

Внучка Василия Ивановича, Кира, как и остальные обитатели деревни, приезжает в Осинки только летом. На зиму здесь остается только Кубаткин.

Русская деревня

Деревня Шапкино. Первые упоминания о деревне Шапкино, расположеной на берегу реки Судости, датируются 1620 годом. Тогда деревня принадлежала дворянскому роду Бахтиных. По данным переписи, в 2010 году в деревне проживало пять человек.

Русская деревня

Вокруг Шапкино есть еще несколько небольших деревень. Одна из них Чернец, где все еще живут несколько семей. Местная жительница Таисия и ее муж занимаются пчеловодством и работают на своем огороде.

русская деревня фото

Переводные картинки производства ГДР. В свое время их было сложно купить, счастливые обладатели картинок клеили их на кафеле в ванной и на кухне, на зеркалах в прихожей, на гитарах и велосипедах.

старые русские деревни

Такие знаки выдавала своим клиентам единственная в СССР страховая компания «Госстрах». Владельцы договоров, в свою очередь, прибивали их к фасадам своих домов.

Источник:http://bigpicture.ru/

Научитесь фотографировать лучше с курсом: "Уличная фотография сегодня" Ссылка на курс: http://streetkurs.ru/special/

 

Смотрите также:

 Места, где осенние пейзажи особенно красивы

 

Деревня и пустота | Артгид

Текст: Мария Кравцова23.10.2017   12312

В столице Сибири открылся главный проект 12-й Красноярской музейной биеннале — посвященная одновременно юбилею революции и судьбе русской деревни выставка «мир и мiръ».

Шеф-редактор «Артгида» Мария Кравцова отправилась в Красноярск, чтобы понять, интересна ли вообще современным художникам русская деревня.

Владимир Абих. Между мирами. 2017. Дерево. Основной проект 12-й Красноярской музейной биеннале «мир и мiръ». Музейный центр «Площадь Мира», Красноярск. Фото: Дмитрий Штифонов

С — Симон. Симон Мраз — глава Австрийского культурного форума в Москве, нетипичный в своей пассионарности европейский чиновник и антрепренер, как минимум раз в год увлекающий художников в необычные путешествия по России, плодами которых в прошлые годы стали выставка на стоящем на приколе в Мурманске атомном ледоколе, проект в архызской обсерватории, художественный десант в столицу Еврейской автономной области Биробиджан.

К — Красноярск. На этот раз Симона Мраза занесло в Красноярск, где на берегу Енисея острогом высятся брутальные объемы Музейного центра «Площадь Мира» — построенного на закате советской эпохи Музея Ленина, который с 1995 года пытались перекодировать с помощью волшебного, как тогда казалось, слова «биеннале». Задуманная как форум профессионалов музейного дела и впервые прошедшая в 1995 году при поддержке Фонда Сороса, через два десятилетия биеннале плавно трансформировалась в канонический (читай «переживающий кризис» и «критикуемый») формат — большой кураторский проект с пристройками в виде выставок и событий специальной и параллельной программ (параллельная программа в этом году представляет собой интервенцию молодых сибирских художников Маяны Насыбулловой, Александра Закирова и Аксиньи Сарычевой в музейные пространства Красноярска). За крупные формы в этот раз отвечал Австрийский культурный форум, глава которого, собственно, и стал идейным вдохновителем посвященного деревне и революции проекта «мир и мiръ» (кураторы — Симон Мраз, Мария Букова, Сабина Елинек, Владимир Тарнопольский, Светлана Тэйлор, Тобиас Урбан, Карин Циммер и Сергей Ковалевский). В этом проекте приняли участие более тридцати художников из России, Австрии, Германии, Англии, Нидерландов и Украины.

Эвелин Лоши. Я познакомилась с Эдуардом Штейнбергом, но мне не удалось с ним встретиться. Видео, 3 мин. 23 сек., HD, цвет, звук. Музыка и звуковое оформление Николо Лоро Равенни. Сourtesy автор

В — выставка. «мир и мiръ» — гибрид старой доброй тематической экспозиции и современного подобия творческой командировки (например, несколько художников отправились в село Учма на Волге, в котором местные энтузиасты открыли Учемский музей истории Кассиановой пустыни и судьбы русской деревни), результаты которой демонстрируются на выставке. Так, австриец Беньямин Айххорн скрупулезно собрал (буквально, из осколков фарфоровой утвари) уходящую натуру деревенского быта, а Грегор Зайлер, подхватив концепцию «потемкинской деревни» екатерининской эпохи, нашел и зафиксировал по всему миру бутафорские «поселения», созданные с различными целями военными, производственными или туристическими корпорациями (из описания уже очевидно, что автор так и не постиг смысла выражения «потемкинская деревня»). Элизабет Шимана пытается приучить жителей австрийской деревни к непривычной им праздности, оплачивая им время без работы, а Оля Иванова фотографирует уже в России «наиболее традиционную часть общества — деревенских жителей».

Вообще многие участники слово «деревня» интерпретируют как «не город». Порой это порождает некоторую неразбериху. Например, с деревней путают дачные поселки вроде того, что расположен на Оке в городке Тарусе, давно облюбованном отечественной творческой и религиозной интеллигенцией. Там, в резиденции ГМИИ им. А.С. Пушкина — крепком высоком срубе, — художница Эвелин Лоши изучала символический лексикон нонконформиста Эдуарда Штейнберга.

Спросив у пробегающего мимо ребенка, про что эта выставка, можно получить исчерпывающий ответ — «про домики». И во многом это правда. «мир и мiръ» демонстрирует нам полное несовпадение кураторской концепции (а она, скажем прямо, неплоха) и получившегося результата. В большинстве своем современные художники абстрагируются от осмысления глобальных исторических процессов, предпочитая отстраненно созерцать лишь их результат, метафорой которых стала горящая, но до этого много лет покинутая деревня на фотографии Данилы Ткаченко.

Директор Австрийского культурного форума в Москве Симон Мраз во время экскурсии перед инсталляцией Ани Желудь «Ландшафт». Основной проект 12-й Красноярской музейной биеннале «мир и мiръ». Музейный центр «Площадь Мира», Красноярск. Фото: Владимир Дмитриенко

И — история. Деревня, с которой пытаются в своих проектах взаимодействовать почти все участники выставки (если не считать «Синих носов» с их давнишней серией, где «ватники» восстают против аватаров общества потребления в виде рекламных лайтбоксов, или Елену Чернышеву с проектом, посвященным современной жизни старообрядческих общин, которые оказались совершенно непроницаемы для наблюдателя с фотокамерой, запечатлевшего разве что бороды да косынки, коих немало и в других ортодоксальных и не очень современных сообществах), начинается отнюдь не в дореволюционные времена с их мiром и фетишем 1913 года, не в пожаре революции (хотя специально написанная к выставке статья Орландо Файдежса по-простецки, в честь юбилейного года, названа «Деревня и революция») и даже не в трагедии «великого перелома». Необратимость датируется концом 1960-х, когда Совмин СССР изрыгнул из своих недр документ под названием «Правила застройки сельских населенных пунктов РСФСР», который стал началом окончательного решения деревенского вопроса. Ликвидация «неперспективных» деревень, в которые было зачислено около 70% сельских поселений по всей России, шла путем прекращения строительства, как бы мы выразились сегодня, социальных объектов (школ, магазинов, клубов, фельдшерских и акушерских пунктов), отмены автобусных маршрутов и консервации железнодорожных веток (да-да, это вовсе не примета современного оптимизирующего все и вся капитализма). По сути, все это означало одно: вытеснение сельских жителей в города, куда, минуя «перспективные» поселения, уезжали сотни тысяч вчерашних крестьян. Спустя несколько десятилетий государство, хоть и с неохотой, все же признало губительность такой политики для русской деревни, но было поздно: уже в наше время проницательный и внимательный к мелочам художник Илья Долгов в будет искать свидетельства ушедшей жизни и культуры — растения-спутники человека, по которым сегодня можно опознать места бывших «поселений» (одно из самых адекватных и незаметных высказываний выставки).

Процессы эти в 1960-е и 1970-е получили художественное преломление в прозе писателей-деревенщиков, а также в живописи Виктора Попкова (деревня которого жила, пока доживали свой длинный XX век вдовы-солдатки, интересные разве что художникам и студентам-фольклористам) и братьев Сергея и Алексея Ткачевых, писавших по-пластовски яркие картины деревенской жизни и скрывавших за этой яркостью отчаяние от того, что мир этот на глазах истончается и теряет реальные черты. Обратившийся к деревенской теме в 1980-е Игорь Обросов уже меланхолично фиксировал деревню как пустоту, которая всасывает в себя последние приметы живого деревенского естества (вроде стогов сена в утреннем тумане, спелых яблок на тарелке или даже молодух «кровь с молоком», вгрызающихся в эти яблоки белыми крепкими зубами). С этой пустотой работает и наша современница Аня Желудь, выстраивая из железных палочек макет призрачной деревеньки, которую почти поглотил такой же призрачный погост.

Группа «Синие носы» (Вячеслав Мизин, Константин Скотников, Александр Шабуров). Уточненные аватары (Реквизит для революции). 2002. Сourtesy авторы

На самом деле русская деревня никуда не делась, только искать ее надо не среди задичавших полей, пустошей и сел с раскуроченными, почерневшими и скособоченными избами (они давно опустели или населены потерявшимися во времени и пространстве обитателями), а в городе, где она прижилась и даже размножилась, в гибридных современных городских укладах, в тех самых «панельках», которые «еду по России, не доеду до конца» (Хаски), пятиэтажных хрущевках и брежневских «свечках» — не распластанных по среднерусской возвышенности, а поставленных на попа деревнях нашего времени.

В — выводы. Впрочем, Симона Мраза и других кураторов этого проекта действительно есть за что благодарить: выставка «мир и мiръ» стала очередным открытием очевидного: ни один проект сегодня не может обойтись без серьезного междисциплинарного исследовательского базиса, выставки «на тему» остались в прошлом. 

комиксы, гиф анимация, видео, лучший интеллектуальный юмор.

Окунемся в историю

В чем величие великороссов? Или что их сделало именно великими? Или может это выдумки, чтобы прикрыть свой истинный быт и сучщность?

Чем дальше продолжается конфликт, тем больше люди находят объяснения в истории: почему так нравится культ царя? Почему вещи, которые для нас (украинцев) мерзкие - там воспринимаются более снисходительно? Почему для нас воля и свобода дороже, чем рабство в стабильности? Почему в России так придерживаются скрепов, и на чем они держатся вообще?

То, что приведено ниже следует прочитать.

Это – записки и наблюдения деятелей минувших столетий: каков был быт, и почему Великороссия и Малороссия - просто названия, не отображающие суть двух совершенно разных этнических групп?

Самое интересное, что все приведенные исторические материалы - это труды русских (!) ученых, деятелей, публицистов.

текста много, кто прочитает, тот очень много для себя прояснит.

Вот как разницу между Великороссами и Малороссами отметил в 1861 году Н. Костомаров:


РОЛЬ ПРАВИТЕЛЯ:

- Для россиян, если Бог одного возвышает, награждает, а другого карает, значит, так должен поступать и царь, исполняющий на земле божественную волю. Это ярко выражается российскою пословицей: воля Божья, суд царев. Отсюда безропотность народа, который сносит даже и то, что превосходит меры человеческого терпения. Противиться царю, хотя бы и неправедному, значит противиться Богу - и грешно, и опасно, потому что Бог пошлет еще худшие беды.

В России царь-государь - полный собственник всего государства. Слово «государь» означало собственника, имеющего безусловное право по своему усмотрению распоряжаться всем, что есть в его государстве, как своими вещами. Россияне знают, что давалось от царя, всегда могло быть им отнято и отдано другому, как беспрестанно и случалось.

п.с. прям проецируется на современность...

НРАВЫ

- в характере украинского народа преобладает личная воля, а в российском преобладает всеобщность. Для украинца коренным образом связь людей основывается на взаимном согласии и может распадаться по их взаимной воле.

Пример - Запорізька Січ. Совсем свежий - Евромайдан.

- россияне стремятся закрепить необходимость и неразрывность единожды установленной связи, а саму причину установления отнести к Божьей воле и, следовательно, изъять от людской критики.

ЖЕНЩИНА, МАМА

- Женщина в российской культуре редко возвышается до своего человеческого идеала, редко ее красота возносится над материей, редко влюбленное чувство может в ней ценить что-нибудь за пределом телесной формы, редко выказывается доблесть и достоинство женской души.

(тут я не согласен, это личное мнение автора)

- Украинская женщина в народном фольклоре, напротив, до того духовно-прекрасна, что и в своем падении высказывает поэтически свою чистую натуру, и стыдится своего унижения. В песнях игривых, шуточных, резко выражается противоположность натуры украинского и российского народов. В украинских песнях о женщине, маме вырабатывается прелесть слова и выражения доходят до истинной художественности.

СЕМЬЯ ИЛИ ОБЩИНА

- У россиян сильно выражено стремление к тесной коллективной организации людей, где уничтожаются личные интересы под властью общих. Нерушимая законность общей воли, выраженная смыслом тяжелой судьбы, совпадает в российском народе с единством семейного быта, неделимостью семей, общинною собственностью. У россиян, кровная связь заставляет человека нередко быть к другому дружелюбнее, справедливее, снисходительнее, даже когда он вообще не отличается этими качествами в отношении к чужим. 

Для россиянина коллектив - выражение общей воли, поглощающей личную самобытность каждого.

- Семьи украинцев делятся и дробятся, как только появляется потребность в самостоятельной жизни. Опека родителей над взрослыми детьми кажется для украинца несносным деспотизмом. Претензии старших братьев к меньшим, как и отношения дядей с племянниками, возбуждают неистовую вражду между ними.Кровная связь и родство мало располагают украинцев к согласию и взаимной любви. 

Коллектив для украинца - это добровольная организация людей. В Украине каждый член громады - независимая личность, самобытный собственник. Обязанность его в громаде только в сфере взаимной безопасности и выгоды каждого.


Так изображали семьи крестьян из России:

Так изображали семью селян из Украины:

ощущается разница в количестве, да?

ЛИЧНОСТЬ

- У россиян крепостной человек соединял свою судьбу с жизнью господина: воля барина стала для него заменять собственную волю.

- В Украине жизнь текла иначе. Понятие общности почти отсутствовало. Древнее право личной свободы не было поглощено перевесом общественного могущества, и понятие об общей земельной собственности не выработалось. Каждый земледелец был независимым собственником своей земли. Таким образом, право собственности возвысило богатых и влиятельных, образовав высший класс, а массу бедного народа повергло в порабощение. Но в Украине магнат-владелец не представлял собою выражения барской, а через нее и царской воли, он владелец по праву. Это право выражало силу, торжество обстоятельств и давность происхождения. Естественно, в Украине, крепостной, зависимый человек, при первой возможности, желал сделаться свободным.

В России крепостной не мог этого желать, ибо находил своего господина зависевшим от другой высшей воли, так же как он сам зависел от него.


Вы знаете, что Великороссам присуще было "снохачество"? Это определяло быт, почему люди жили огромными семьями, разделяя между собой на все общее: от одежды, предметов быта, до. .. женщин.

Далее цитирую автора:

"что бы вы сказали, если бы вдруг вскрылось, что:
- тот кого вы всю жизнь называли своим отцом, на самом деле ваш дядя (брат вашего отца от вашей бабушки и вашего прадедушки)?
-что тот, кого вы всю жизнь считали своим дедушкой на самом деле ваш отец (и он же отец вашего "отца" который на самом деле вам не отец, а дядя)?
- что у половины ваших братьев и сестер в вашей многодетной семье мать одна - та же что и у вас, а отцы разные (у части из них отец тот же что и у вас, а у другой части отец ваш дядя - родной сын их деда, который в свою очеред ваш отец)?

Вы бы для начала голову сломали в такой родословной. Это с непривычки. Потому что вы не великоросс.
Потому что для подавляющего большинства великороссов именно такое многоствольное генеалогическое древо (кущ) и есть типичное в их родословной. Типичное потому, что имено по такому образцу была устроена внутрисемейная сексуальная жизнь посвеместно распространённая в деревнях откуда и происходит подавляющее большинство сегодняшнего населения России (в конце 19 - начале 20 века, в деревнях жили 85% населения России, а столетием раньше и все 90%).

Для крепостных  многодетных отцов семейства, перспектива быть в своей избе многоженцами, была настолько привлекательной (почему бы хотя бы у себя дома по отношению к своим девкам не уподобиться помещику с го правом первой ночи и обычаем невозбранно брюхатить всех своих дворовых девок?), что от этого не отказывались ни простые крепостные, ни казаки, ни староверы.

В свою очередь, каждая вырастающая в таких семьях девочка, с детства знала свою перспективу - после выдачи замуж в семью великороссов, быть привселюдно сношаемой поочередно и мужем и свекром.

Так традиции общинности укрепляли общность сексуальную, а неопределённость в определении отцовства следующего поколения, в свою очередь стимулировала сохранение  исконной общинности."

Сноха́чество — практика в русской деревне, при которой мужчина — глава большой крестьянской семьи (живущей в одной избе) состоит в половой связи с младшими женщинами семьи, обычно с женой своего сына (связь свёкра с невесткой, называемой сноха). Эта практика получила особое распространение в XVIII—XIX веках.

Снохачество упоминается в художественной литературе («Отцы и дети» И. С. Тургенева, «Житие одной бабы» Н. С. Лескова, «Колодезь» С. В. Логинова). В книге В. М. Дорошевича «Сахалин» приводится народная примета: Как снохач помогать возьмётся, — колокол с места не сдвинешь. Мотивы снохачества в опере Д. Д. Шостаковича «Леди Макбет Мценского уезда» привнесены либреттистами и отсутствуют в одноимённой повести Лескова. Также снохачество встречается в романе Михаила Шолохова Тихий Дон, когда Дарья Мелехова пытается соблазнить свёкра Пантелея Прокофьевича, в отсутствие мужа Петра, объясняя это тем, что «не может без казака».

Кто может хоть чуть-чуть в генетику, тот понимает, что внутрисемейное скрещивание у человека вырождает потомство: отпрыски часто уродливы, испытывают проблемы с интеллектом, и другими мутациями. В таких случаях проявляются рецессивные гены заболеваний и внешних мутациях, которые "спят" при рождении ребенка у нормальной семьи.

Семья Соколовых из Тамбовской губерніи:

Иногда просто достаточно всмотреться в лица, чтобы посмотреть схожесть и проявление грубых черт лица на молодых.

Вот что писали об этом современники (цитаты и сканы  из дореволюционных изданий). При чем эти люди - деятели России, а не "каклы, которые все придумали чтобы признать крым своим":

Ну вот и нашлись скрепы казаков :))

Семья донских казаков 1875 г.

Сведения о казацких общинах на Дону.Материалы для обычного права. Том 1. Автор: Харузин М.Н. 1885 г. 429 страниц. Харузин Н.Н. (1860 - 1888)

1. 

2.


3. Снохачество

Особо следует сказать о таком явлении сельской жизни как снохачество. Следует признать, что половая близость между главой крестьянской семьи (большаком) и снохой не была явлением исключительным, а для патриархального уклада сельского быта, в какой-то мере и обыденным.

"Нигде кажется кроме России, – отмечал В. Д. Набоков, – нет по крайне мере того, чтобы один вид кровосмешения приобрел характер почти нормального бытового явления, получив соответствующее техническое название – снохачество" [Цит. по: 35, с. 52]. 

Наблюдатели отмечали, что этот обычай был жив и в конце XIX в., причем одной из причин его сохранения являлся сезонный отток молодых мужчин на заработки. Хотя эта форма кровосмешения была осуждаема просвещенным обществом, крестьяне ее не считали серьезным правонарушением [27, с. 401–402]. В ряде мест, где снохачество было распространено, этому пороку не придавали особого значения. Более того, иногда о снохаче с долей сочувствия говорили: «Сноху любит. Ен с ней живет как с женой, понравилась ему» [2, д. 1054, л. 5]. По наблюдению этнографа А. В. Балова, в ярославских селах «снохачество или незаконное сожительство свекра со снохой, явление довольно нередкое»

Почему деньги (вещи) важнее чести:

Типичный пример склонения свекром снох к половой близости приведен в корреспонденции (1899 г.) жителя села Крестовоздвиженские Рябинки Болховского уезда Орловской губернии В. Т. Перькова. «Богатый крестьянин Семин 46 лет, имея болезненную жену, услал двух своих сыновей на «шахты», сам остался с двумя невестками. Начал он подбиваться к жене старшего сына Григория, а так как крестьянские женщины очень слабы к нарядам и имеют пристрастие к спиртным напиткам, то понятно, что свекор в скорости сошелся с невесткой. Далее он начал «лабуниться» к младшей. Долго она не сдавалась, но вследствие притеснения и подарков – согласилась. Младшая невестка, заметив «амуры» свекра со старшей, привела свекровь в сарай во время их соития. Кончилось дело тем, что старухе муж купил синий кубовый сарафан, а невесткам подарил по платку».

Вот так, всех отматросил, купил по платку и все довольны, никаких обид...

По материалам: http://gorlis-gorsky.livejournal.com/292048.html

там же указаны книги и источники информации.

А вы удивляетесь...


Путеводитель по деревенской прозе • Arzamas

Восемь лучших произведений некогда славного направления советской литературы, которые стоит знать и в XXI веке

Составил Михаил Трунин

Саввинская слобода под Звенигородом. Картина Исаака Левитана. 1884 год © Wikimedia Commons

1. Александр Солженицын. «Матренин двор» 

Относить Солженицына (1918–2008) к деревенским прозаикам можно со значительной долей условности. При всей остроте поднятых проблем, будь то коллективизация, разорение или обнищание деревни, никто из деревенщиков никогда не был диссидентом. Однако неспроста Валентин Распутин утверждал, что авторы этого направления вышли из «Матрениного двора», как русские классики второй половины XIX века — из гоголевской «Шинели». В центре рассказа — и в этом его главное отличие от остальной деревенской прозы — не коллизии сельской жизни, а жизненный путь героини, русской крестьянки, деревенской праведницы, без которой «не стоит село. Ни город. Ни вся земля наша». Предшественницами Матрены в русской литературе могут считаться некрасовские крестьянки — с той лишь разницей, что Солженицын делает упор на кротость и смирение. Впрочем, общинные крестьянские традиции не оказываются для него (и его автобиографического рассказчика Игнатича) абсолютной ценностью: писатель-диссидент размышляет об ответственности человека за собственную судьбу. Если «вся земля наша» держится только на самоотверженных и покорных праведниках, совершенно неясно, что же с ней будет дальше — ответу на этот вопрос Солженицын посвятит немало страниц своего позднего творчества и публицистики.

«Не сказать, однако, чтобы Матрена верила как-то истово. Даже скорей была она язычница, брали в ней верх суеверия: что на Ивана Постного в огород зайти нельзя — на будущий год урожая не будет; что если метель крутит — значит, кто-то где-то удавился, а дверью ногу прищемишь — быть гостю. Сколько жил я у нее — никогда не видал ее молящейся, ни чтоб она хоть раз перекрестилась. А дело всякое начинала „с Богом!“ и мне всякий раз „с Богом!“ говорила, когда я шел в школу».

Александр Солженицын. «Матренин двор»

2. Борис Можаев. «Живой»

Можаев (1923–1996) ближе остальных деревенщиков к Солженицыну: в 1965 году они вместе ездили в Тамбовскую область собирать материалы о крестьянском восстании 1920–1921 годов (известном как Антоновский мятеж), а затем Можаев стал прототипом главного крестьянского героя «Красного колеса» Арсения Благодарева. Читательское признание пришло к Можаеву после выхода одной из первых его повестей — «Живой» (1964–1965). Героя, рязанского крестьянина Федора Фомича Кузькина (по прозвищу Живой), решившего уйти из колхоза после того, как за год работы он получил лишь мешок гречки, преследует целый ворох неприятностей: его то штрафуют, то запрещают отпускать ему хлеб в местном магазине, то хотят забрать всю землю в колхоз. Однако бойкий характер, находчивость и неистребимое чувство юмора позволяют Кузькину побеждать и оставлять колхозное начальство посрамленным. Уже первые критики неспроста стали называть Кузькина «родным, единоутробным братом Ивана Денисовича», и действительно, если солженицынский Шухов благодаря собственному «внутреннему стержню» научился быть в лагере «почти счастливым», не сдался голоду-холоду и не опустился до заискивания перед начальством и доносительства, то Кузькину уже не в экстремальных, но и в не свободных условиях колхозной жизни удается сохранять достоинство и честь, оставаться самим собою. Вскоре после публикации можаевской повести Юрий Любимов инсценировал ее в Театре на Таганке, бывшем символом свободы в несвободной стране, с Валерием Золотухиным в главной роли. Спектакль был расценен как пасквиль на советский образ жизни и запрещен лично министром культуры Екатериной Фурцевой.

«— Ну, хватит! Давайте решать с Кузькиным. Куда его устраивать — сказал Федор Иванович, вытирая проступившие от смеха слезы.
— Дадим ему паспорт, пусть едет в город, — сказал Демин.
— Ехать не могу, — ответил Фомич. <…> По причине отсутствия всякого подъема. <…> У меня пять человек детей, да один еще в армии. А богатства мои сами видели. Спрашивается, смогу я подняться с такой оравой?
— Настрогал этих детей косой десяток, — пробурчал Мотяков.
— Дак ведь бог создал человека, а рогов на строгалку не посадил. Вот я и строгаю, — живо возразил Фомич.
Федор Иванович опять громко захохотал, за ним все остальные.
— А ты, Кузькин, перец! Тебя бы в денщики к старому генералу… Анекдоты рассказывать».

Борис Можаев. «Живой»

3. Федор Абрамов. «Деревянные кони»

На Таганке ставили «Деревянных коней» Федора Абрамова (1920–1983), которым повезло больше: премьеру, состоявшуюся в десятилетний юбилей театра, по словам Юрия Любимова, «буквально вырвали у начальства». Небольшая повесть — одна из характерных вещей Абрамова, вообще-то прославившегося объемным эпосом «Пряслины». Во-первых, действие происходит на родной для писателя архангельской земле, на побережье реки Пинега. Во-вторых, характерные деревенские бытовые коллизии ведут к более серьезным обобщениям. В-третьих, главным в повести является женский образ: старая крестьянка Василиса Милентьевна, любимая героиня Абрамова, воплощает несгибаемую силу и мужество, но более важными в ней оказываются неиссякаемый оптимизм, неизбывная доброта и готовность к самопожертвованию. Под очарование героини волей-неволей подпадает рассказчик, поначалу не испытывавший радости от знакомства со старухой, способной нарушить его покой и тишину, которых он так долго искал и нашел в пинежской деревеньке Пижма, «где бы все было под рукой: и охота, и рыбалка, и грибы, и ягоды». Деревянные коньки на кровлях деревенских домов, с самого начала вызывавшие эстетическое восхищение рассказчика, после знакомства с Милентьевной начинают восприниматься иначе: красота народного творчества предстает в неразрывной связи с красотой народного характера.

«После отъезда Милентьевны я не прожил в Пижме и трех дней, потому что все мне вдруг опостылело, все представилось какой-то игрой, а не настоящей жизнью: и мои охотничьи шатания по лесу, и рыбалка, и даже мои волхования над крестьянской стариной. <…> И так же безмолвно, понуро свесив головы с тесовых крыш, провожали меня деревянные кони. Целый косяк деревянных коней, когда-то вскормленных Василисой Милентьевной. И мне до слез, до сердечной боли захотелось вдруг услыхать их ржанье. Хоть раз, хоть во сне, если не наяву. То молодое, заливистое ржанье, каким они оглашали здешние лесные окрестности в былые дни».

Федор Абрамов. «Деревянные кони»

4. Владимир Солоухин. «Владимирские проселки»

Васильки. Картина Исаака Левитана. 
1894 год
© Wikimedia Commons

Грибы, васильки и ромашки как знаки поэтизации деревенского мира легко встретить на страницах книг Владимира Солоухина (1924–1997). Конечно, больше, чем внимание к дарам природы, имя писателя сохранили в истории литературы едкие строки из «Москвы–Петушков» Венедикта Ерофеева, предлагавшего плюнуть Солоухину «в его соленые рыжики». Но этот автор не совсем традиционалист: так, ему одному из первых советских поэтов разрешили напечатать верлибры. Одна же из самых ранних и известных повестей писателя «Владимирские проселки» во многом связана с поэзией. Она построена как своеобразный лирический дневник, основная интрига которого состоит в том, что герой совершает открытие в родном для него и, казалось бы, хорошо известном мире Владимирщины. При этом герой стремится рассказывать «о времени и о себе», поэтому главным в повести Солоухина становится процесс рефлексии и пересмотр героем тех ценностных ориентиров, которые сложились у современного ему «простого советского человека». Традиционализм Солоухина был неявно замешан на противопоставлении старого русского и нового советского (добавим сюда его публикации о русских иконах) и в советском контексте выглядел как вполне нонконформистский.

«Оживленное гуденье базара привлекало прохожих подобно тому, как запах меда привлекает пчел. <…> Это был славный базар, на котором легко можно было определить, чем богаты окрестные земли. Главенствовали грибы — целые ряды были заняты всевозможными грибами. Соленые белые шляпки, соленые белые корешки, соленые рыжики, соленые сыроежки, соленые грузди. <…> Сушеные грибы (прошлогодние) распродавались огромными гирляндами по ценам, которые московским хозяйкам показались бы баснословно маленькими. Но больше всего, конечно, было свежих, с прилипшими хвоинами, разных грибов. Они лежали кучами, грудами, в ведрах, корзинах, а то и просто на телеге. Это было грибное наводнение, грибная стихия, грибное изобилие».

Владимир Солоухин. «Владимирские проселки»

5. Валентин Распутин. «Прощание с Матерой» 

В отличие от Солоухина Валентин Распутин (1937–2015) дожил до времен «духовных скреп» и сам принимал участие в их утверждении. Среди всех деревенских прозаиков Распутин, пожалуй, наименее лиричен, ему всегда, как прирожденному публицисту, больше удавались нахождение и постановка проблемы, чем воплощение ее в художественной форме (на неестественность языка распутинских персонажей, при общем восторженно-апологетическом отношении к писателю, обращали внимание многие критики). Характерный пример — успевшая стать классической и войти в обязательную школьную программу повесть «Прощание с Матерой». Ее действие происходит в деревне, расположенной на острове посередине Ангары. В связи со строительством Братской ГЭС (здесь Распутин полемизирует с патетической, устремленной в советское будущее поэмой Евгения Евтушенко «Братская ГЭС») Матера должна быть затоплена, а жители переселены. В отличие от молодежи старики не хотят оставлять родную деревню и воспринимают необходимый отъезд как измену предкам, похороненным на малой родине. Главная героиня повести, Дарья Пинигина, демонстративно белит свою избу, которой через несколько дней суждено быть преданной огню. Но главным символом традиционной деревенской жизни является полуфантастический персонаж — Хозяин острова, который охраняет деревню и гибнет вместе с нею.

«А когда настала ночь и уснула Матера, из-под берега на мельничной протоке выскочил маленький, чуть больше кошки, ни на какого другого зверя не похожий зверек — Хозяин острова. Если в избах есть домовые, то на острове должен быть и хозяин. Никто никогда его не видел, не встречал, а он здесь знал всех и знал все, что происходило из конца в конец и из края в край на этой отдельной, водой окруженной и из воды поднявшейся земле. На то он и был Хозяин, чтобы все видеть, все знать и ничему не мешать. Только так еще и можно было остаться Хозяином — чтобы никто его не встречал, никто о его существовании не подозревал».

Валентин Распутин. «Прощание с Матерой»

Снопы и деревня за рекой. Картина Исаака Левитана. Начало 1880-х годов © Wikimedia Commons

6.

Василий Белов. «Привычное дело» 

Куда менее удачливым публицистом был близкий к Распутину идеологически Василий Белов (1932–2012). Среди создателей деревенской прозы он имеет заслуженную репутацию проникновенного лирика. Неспроста главной его вещью так и осталась первая повесть, принесшая писателю литературную известность, — «Привычное дело». Ее главный герой, Иван Африканович Дрынов, по выражению Солженицына, «естественное звено природной жизни». Он существует как неотъемлемая часть русской деревни, не имеет больших претензий и подчиняется внешним событиям, будто естественному природному циклу. Любимая присказка беловского героя, можно даже сказать, его жизненное кредо — «дело привычное». «Жись. Жись, она и есть жись», — не устает повторять Иван Африканович, переживая то неудачную (и нелепую) попытку уехать на заработки в город, то смерть жены, не сумевшей оправиться от трудных девятых родов. При этом интерес повести и ее героя заключается не в спорной морали, а в обаянии самой деревенской жизни и открытии одновременно необычной и достоверной психологии деревенских персонажей, переданной через удачно найденное равновесие веселого и трагичного, эпического и лирического. Неспроста один из самых запоминающихся и ярких эпизодов повести — глава, посвященная Рогуле, корове Ивана Африкановича. Рогуля — своего рода «литературный двойник» главного героя. Ничто не может нарушить ее сонной покорности: все события, будь то общение с человеком, встреча с быком-осеменителем, рождение теленка и в конце концов гибель от ножа, воспринимаются ею абсолютно бесстрастно и едва ли не с меньшим интересом, чем смена времен года.

«Серая невидимая мошка забиралась глубоко в шерсть и пила кровь. Кожа у Рогули зудела и ныла. Однако ничто не могло разбудить Рогулю. Она была равнодушна к своим страданиям и жила своей жизнью, внутренней, сонной и сосредоточенной на чем-то даже ей самой неизвестном. <…> В ту пору Рогулю часто встречали у дома дети. Они кормили ее пучками зеленой, нарванной в поле травы и выдирали из Рогулиной кожи разбухших клещей. Хозяйка выносила Рогуле ведро пойла, щупала у Рогули начинающиеся соски, и Рогуля снисходительно жевала у крылечка траву. Для нее не было большой разницы между страданием и лаской, и то и другое она воспринимала только лишь внешне, и ничто не могло нарушить ее равнодушия к окружающему».

Василий Белов. «Привычное дело»

7. Виктор Астафьев. «Последний поклон»

Творчество Виктора Астафьева (1924–2001) не умещается в рамки деревенской прозы: военная тема также очень важна для него. Однако именно Астафьев подвел горький итог деревенской прозе: «Мы отпели последний плач — человек пятнадцать нашлось плакальщиков о бывшей деревне. Мы и воспевали ее одновременно. Как говорится, восплакали хорошо, на достойном уровне, достойном нашей истории, нашей деревни, нашего крестьянства. Но это кончилось». Повесть «Последний поклон» тем более интересна, что в ней писателю удалось совместить несколько важных для него тем — детства, войны и русской деревни. В центре повести — автобиографический герой, мальчик Витя Потылицын, рано потерявший мать и живущий в бедной семье. Автор рассказывает о маленьких радостях паренька, его детских шалостях и, конечно, о его любимой бабушке Катерине Петровне, которая умеет обычные бытовые дела, будь то уборка избы или выпекание пирогов, наполнять радостью и теплом. Возмужав и вернувшись с войны, рассказчик спешит навестить свою бабушку. Крыша бани провалилась, огороды поросли травой, но бабушка все так же сидит около окна, сматывая пряжу в клубок. Налюбовавшись внуком, старушка говорит, что скоро умрет, и просит внука похоронить ее. Однако когда Катерина Петровна умирает, Виктор не может попасть на ее похороны — начальник отдела кадров уральского вагонного депо отпускает только на похороны родителей: «Откуда знать он мог, что бабушка была для меня отцом и матерью — всем, что есть на этом свете дорогого для меня!»

«Я еще не осознал тогда всю огромность потери, постигшей меня. Случись это теперь, я бы ползком добрался от Урала до Сибири, чтобы закрыть бабушке глаза, отдать ей последний поклон.
И живет в сердце вина. Гнетущая, тихая, вечная. Виноватый перед бабушкой, я пытаюсь воскресить ее в памяти, выведать у людей подробности ее жизни. Да какие же интересные подробности могут быть в жизни старой, одинокой крестьянки? <…> Вдруг совсем-совсем недавно, совсем нечаянно узнаю, что не только в Минусинск и Красноярск ездила бабушка, но и на моленье в Киево-Печерскую лавру добиралась, отчего-то назвав святое место Карпатами».

Виктор Астафьев. «Последний поклон»

Вечер. Золотой Плес. Картина Исаака Левитана. 1889 год © Wikimedia Commons

8. Василий Шукшин. Рассказы 

Василий Шукшин (1929–1974), пожалуй, самый самобытный автор-деревенщик, имел не только писательский успех, но куда больше был известен массовому зрителю как режиссер, сценарист и актер. Но в центре и его фильмов, и книг — русская деревня, жители которой своеобразны, наблюдательны и остры на язык. По определению самого писателя, это «чудики», мыслители-самоучки, чем-то напоминающие о легендарных русских юродивых. Философия героев Шукшина, подчас возникающая буквально на ровном месте, идет от характерного для деревенской прозы противопоставления города и деревни. Однако эта антитеза не драматична: город для писателя — что-то не враждебное, а просто совсем другое. Типичная ситуация для рассказов Шукшина: герой, поглощенный бытовыми деревенскими заботами, вдруг задается вопросом: что со мной происходит? Однако у людей, выросших в мире, где преобладают простые материальные ценности, как правило, не хватает средств для анализа ни собственного психологического состояния, ни того, что происходит вокруг в «большом» мире. Так, герой рассказа «Срезал» Глеб Капустин, работающий на пилораме, «специализируется» на разговорах с заезжими интеллектуалами, которых, по его мнению, оставляет не у дел, вменяя им в вину незнание народной жизни. «Алеша Бесконвойный» выбивает себе в колхозе право на нерабочую субботу, чтобы целиком посвящать этот день личному ритуалу — бане, когда он принадлежит только себе и может размышлять о жизни и мечтать. Бронька Пупков (рассказ «Миль пардон, мадам!») придумывает захватывающий сюжет о том, как во время войны он выполнял спецзадание по убийству Гитлера, и хотя вся деревня над Бронькой смеется, сам он раз за разом рассказывает эту завиральную историю разным приезжим из города, ведь таким образом он верит в собственную мировую значимость… Но, так или иначе, шукшинские герои, пусть и не находящие адекватного языка для выражения собственных душевных переживаний, но интуитивно стремящиеся преодолеть мир примитивных ценностей, вызывают у читателя чувство приятия и даже умиления. Неспроста в позднейшей критике укрепилось мнение, что именно дети таких «чудиков» с глубоким удовлетворением восприняли конец советской власти.

«И как-то так повелось, что когда знатные приезжали в деревню на побывку, когда к знатному земляку в избу набивался вечером народ — слушали какие-нибудь дивные истории или сами рассказывали про себя, если земляк интересовался, — тогда-то Глеб Капустин приходил и срезал знатного гостя. Многие этим были недовольны, но многие, мужики особенно, просто ждали, когда Глеб Капустин срежет знатного. Даже не то что ждали, а шли раньше к Глебу, а потом уж — вместе — к гостю. Прямо как на спектакль ходили. В прошлом году Глеб срезал полковника — с блеском, красиво. Заговорили о войне 1812 года… Выяснилось, что полковник не знает, кто велел поджечь Москву. То есть он знал, что какой-то граф, но фамилию перепутал, сказал — Распутин. Глеб Капустин коршуном взмыл над полковником… И срезал. Переволновались все тогда, полковник ругался… <…> Долго потом говорили в деревне про Глеба, вспоминали, как он только повторял: „Спокойствие, спокойствие, товарищ полковник, мы же не в Филях“».

Василий Шукшин. «Срезал»  

Русская деревня в объективе немецкого солдата

Немецкий фотограф Асимус Реммер, служивший во время Второй мировой в вермахте, сделал в 1942–1943 годах серию снимков в Калужской области.

Асмус Реммер родился 18 октября 1909 года в Германии в городе Лангбалиг (округ Фленсбург) в семье художника Эдуарда Реммера и фотографа Берты Реммер. Закончил школу, учился фотографии в ателье своей матери и в г. Гамбург-Гарбург. В 1925 году унаследовал фотоателье своей матери в Лангбалиге. Работал фотографом, специализируясь в области портретной, жанровой и пейзажной фотографии. Был владельцем собственного ателье с фотолабораторией. В 1935 году начал издавать почтовые открытки. В 1937 году сдал экзамен на звание мастера фотографии.

«Воробьева гора» (Worob­je­wa Gora). Калужская область

С 1940 по 1945 год был солдатом вермахта. Служил в пехоте, в 1942–1943 годах участвовал в боевых действиях на территории СССР, затем во Франции. В мае 1945 года попал в американский лагерь для военнопленных, откуда вернулся осенью того же года.

«Обмолот урожая как в стародавние времена». Калужская область

В 1954 году Реммер открыл во Фленсбурге фотостудию, которую позже передал своему сыну. С 1969 по 1998 год работал в своем ателье в Вестерланде, печатая фотографии из собственного архива и архива своих родителей.

Советские крестьянки стирают белье в реке. Весна 1943 года. Калужская область

Асмус Реммер является одним из пионеров в области цветной фотографии. В то время у него были маленькая фотокамера «Фохтлендер», фотокамера «Плаубель-Макина» (6 × 9) и цветная фотопленка «Агфа» для съемки диапозитивов.

Советские крестьянки на день Святой Троицы в деревне Патерки (Pater­ki). Калужская область

В своем дневнике Асмус Реммер так описывает свою первую встречу с Россией: «Нас высадили на вокзале в Павлиново (Калужская область) в кировском лесу недалеко от Москвы. Мы сделали длинный ночной переход, прежде чем перед восходом солнца увидели первую русскую деревню. Засыпанные снегом дома возникли неожиданно. Из печных труб в розовое утреннее небо поднимался дым. Русская женщина набирала воду из колодца.

У меня возникло ощущение, словно я читаю Библию, и я воскликнул: «И здесь мы ведем войну?» В этот момент мне стало плохо, и мои товарищи внесли меня в избу. Очнувшись, увидел стоявшую передо мной на коленях русскую девушку, которая поила меня с чайной ложечки горячим молоком с медом. Я сказал ей: «Я мог убить твоего мужа, а ты беспокоишься обо мне».

Когда мы проходили через другие русские деревни, мне тем более стало ясно, что было бы правильно как можно быстрее заключить с русскими мир. На сделанных мной фотографиях видно, что русские не обращали внимания на мою военную форму и относились ко мне скорее по-дружески!»

Деревенские дети. 1942

«В поисках интересных сюжетов я прошел гораздо больше, чем мои товарищи. Опередив нашу колонну, я сделал фотографию длинной вереницы конных повозок среди живописных деревьев. Она называется «Как в 1812 году». Мы прошли более 1000 км вглубь Российской империи, и все это время меня не оставляла мысль, в каком же состоянии мы оставим эту страну, когда будем покидать ее…»

Советский крестьянин сушит сено в деревне Дальнее Натраново (Dal­ne­je Natra­no­vo), Калужская область

Представленные здесь фото были сделаны в немецком тылу, в стороне от сражений.

«Как в 1812 году»

«Белая преисподняя»

Смотрите также:
45 откровенных фактов о русском народе,
Подвиг узбекских солдат в немецком плену, о котором никто не знал,
Советские женщины-снайперы, которых нацисты боялись как огня

А вы знали, что у нас есть Instagram и Telegram?

Подписывайтесь, если вы ценитель красивых фото и интересных историй!

Русская деревня | Художественный музей Сент-Луиса

Художник
Марк Шагал, француз (род. Беларусь), 1887–1985

Дата
1921

Материал
Бумага красная, гуашь

Изображений
Витебск, Беларусь, Европа

Классификация
Рисунки и акварель

Текущее местонахождение
Не отображается

Размеры
изображение: 19 7/8 x 25 1/4 дюйма(50,5 x 64,1 см)
лист: 19 7/8 x 25 1/4 дюйма (50,5 x 64,1 см)
в рамке: 27 x 32 1/4 x 1 3/4 дюйма (68,6 x 81,9 x 4,4 см)

Кредитная линия
Дар мистера и миссис Маркус Райс

Права
© 2020 Общество прав художников (ARS), Нью-Йорк, NY / ADAGP, Париж

Номер объекта
230: 1960

Зима в Русской деревне.

Маленькая живопись art co

Русская морозная зима очень вдохновляет. Совсем не красочно, но очень атмосферно.

Картина отлично подойдет в классическом, минималистичном интерьере, в качестве части стены галереи или небольшого акцента.
Чтобы сохранить эту картину дома, я бы порекомендовал обрамить паспарту и стекло с УФ-фильтром для лучшей защиты.
Отправим из Москвы курьерской службой EMS с трекингом.

Живопись: Акварель на 100% хлопковой бумаге.
Художник: Саша Ромм Арт
Работа: Оригинальная акварельная живопись, Ручная работа, Единственная в своем роде
Материал: Акварель
Год: 2017
Стиль: Импрессионизм, реализм, модерн
Тема: Россия, замороженная, зима, деревня
Размер: 38x28 см
Без рамы.

Я художник-самоучка из России, в настоящее время живу и работаю в Испании, Мадрид. Магистр истории искусств, участник нескольких международных конкурсов и выставок. Индивидуальная выставка в Мадриде на 2021 год. Мои работы находятся в частных коллекциях США, Австралии, Канады, Швейцарии, Великобритании, Германии, Франции и других стран.
Основной предмет моей работы - город. Я всегда путешествую со своим альбомом и сохраняю свое впечатление в своих рисунках, для моих будущих больших студийных работ или просто как мои воспоминания. Интересуюсь творческим анализом и слежу за жизнью большого или маленького города. Это наше главное пространство для жизни как человечества. И в нем есть свой дух и атмосфера, которые я люблю чувствовать и выражать.
Я пытаюсь передать дух города с помощью различных сред, рисуя улицы, сцены, архитектуру, людей, парки и сады.

Все работы защищены авторским правом, все права принадлежат художнику.
Спасибо!

Использованных материалов:

профессиональная акварель, бумага 100% хлопок

Теги:

#акварель #зима # акварель #снег #сельская местность # зимний пейзаж # снежный пейзаж # сельский пейзаж #угрюмый #страна # зимний свет #Россия # русский художник # русская живопись #снежный

Улица в Русской деревне, соломенный дом

Подробнее об авторских правах и других ограничениях

Для получения рекомендаций по составлению полных цитат обратитесь к Ссылаясь на первоисточники.

Получение копий

Если изображение отображается, вы можете скачать его самостоятельно. (Некоторые изображения отображаются только в виде эскизов за пределами Библиотеке Конгресса США из-за соображений прав человека, но у вас есть доступ к изображениям большего размера на сайт.)

Кроме того, вы можете приобрести копии различных типов через Услуги копирования Библиотеки Конгресса.

  1. Если отображается цифровое изображение: Качество цифрового изображения частично зависит от того, был ли он сделан из оригинала или промежуточного звена, такого как копия негатива или прозрачность.Если вышеприведенное поле «Номер воспроизведения» включает номер воспроизведения, который начинается с LC-DIG ..., то есть цифровое изображение, сделанное прямо с оригинала и имеет достаточное разрешение для большинства публикационных целей.
  2. Если есть информация, указанная в поле «Номер репродукции» выше: Вы можете использовать номер репродукции, чтобы купить копию в Duplication Services. Это будет составлен из источника, указанного в скобках после номера.

    Если указаны только черно-белые («черно-белые») источники, и вы хотите, чтобы копия показывала цвет или оттенок (при условии, что они есть на оригинале), обычно вы можете приобрести качественную копию оригинал в цвете, указав номер телефона, указанный выше, и включив каталог запись («Об этом элементе») с вашим запросом.

  3. Если в поле «Номер репродукции» выше нет информации: Как правило, вы можете приобрести качественную копию через Службу тиражирования.Укажите номер телефона перечисленных выше, и включите запись каталога («Об этом элементе») в свой запрос.

Прайс-листы, контактная информация и формы заказа доступны на Веб-сайт службы дублирования.

Доступ к оригиналам

Выполните следующие действия, чтобы определить, нужно ли вам заполнять квитанцию ​​о звонках в Распечатках. и Читальный зал фотографий для просмотра оригинала (ов). В некоторых случаях суррогат (замещающее изображение) доступны, часто в виде цифрового изображения, копии или микрофильма.

  1. Оцифрован ли элемент? (Миниатюрное (маленькое) изображение будет видно слева.)

    • Да, товар оцифрован. Пожалуйста, используйте цифровое изображение вместо того, чтобы запрашивать оригинал. Все изображения могут быть смотреть в большом размере, когда вы находитесь в любом читальном зале Библиотеки Конгресса. В некоторых случаях доступны только эскизы (маленькие) изображения, когда вы находитесь за пределами библиотеки Конгресс, потому что права на товар ограничены или права на него не оценивались. ограничения.
      В целях сохранности мы обычно не обслуживаем оригинальный товар, когда цифровое изображение доступен. Если у вас есть веская причина посмотреть оригинал, проконсультируйтесь со ссылкой библиотекарь. (Иногда оригинал слишком хрупкий, чтобы его можно было использовать. Например, стекло и пленочные фотографические негативы особенно подвержены повреждению. Их также легче увидеть в Интернете, где они представлены в виде положительных изображений.)
    • Нет, товар не оцифрован. Пожалуйста, перейдите к # 2.
  2. Указывают ли приведенные выше поля с рекомендациями по доступу или Номер вызова, что существует нецифровой суррогат, типа микрофильмов или копий?

    • Да, существует еще один суррогат. Справочный персонал может направить вас к этому суррогат.
    • Нет, другого суррогата не существует. Пожалуйста, перейдите к # 3.
  3. Если вы не видите миниатюру или ссылку на другого суррогата, заполните бланк звонка. Читальный зал эстампов и фотографий. Во многих случаях оригиналы могут быть доставлены в течение нескольких минут. Другие материалы требуют записи на более позднее в тот же день или в будущем. Справочный персонал может посоветуют вам как заполнить квитанцию ​​о звонках, так и когда товар может быть подан.

Чтобы связаться со справочным персоналом в Зале эстампов и фотографий, воспользуйтесь нашей Спросите библиотекаря или позвоните в читальный зал с 8:30 до 5:00 по телефону 202-707-6394 и нажмите 3.

Алексей Ильич Кравченко - Русская деревня зимой

Эскизное исполнение Русская деревня зимой определяет характер картины. Свободное использование рваных мазков и холодные цвета вызывают ощущение холода и скудности этого зимнего дня в России.Эта техника особенно эффективна на ландшафте переднего плана, который имитирует слякоть тропы, которая будет возникать, когда люди едут по тающему снегу. Алексей Ильич Кравченко на многих участках нанес краску тонким слоем, не тронув части панели. Это создает эффект полупрозрачности с просвечивающими областями панели, который хорошо подходит как для визуализации бесплодной земли, так и для прохладного неба, типичного для зимнего дня. Одинокая фигура лошади в этом безразличном и мрачном пейзаже создает ощущение удаленности от этой деревни.

Кравченко написал много похожих сцен сельской России, в которых просвечивает его замечательная способность эффективно передавать атмосферные условия пейзажа. Весенний пейзаж, (Частная коллекция), является сопоставимым примером, который показывает подобное поселение, хотя и с более отдаленной точки зрения. В обеих работах в палитре Кравченко преобладают коричневые, белые и синие цвета, и, используя эти цвета в выразительных мазках, он красиво передает особую атмосферу в каждой работе. В данной работе чувствуется горький холод, преобладающие серые и коричневые тона указывают на суровость зимы. Хотя «Весенний пейзаж» тоже покрыт снегом, это более яркая работа и поэтому передает более приятную четкость, чем бесплодная суровость «Русской деревни зимой». В обоих произведениях также присутствует тишина и умиротворение, подчеркнутая мотивом одинокой лошади и саней, который Кравченко использует в каждой сцене.

Искусство Кравченко уходит корнями в 20-30-е годы, удачно соединяя русские и европейские традиции.В своей картине Кравченко отказался от натуралистического изображения предмета перед ним и вместо этого стремился внушить ему свое личное чувство и внутренние наблюдения. В этом плане стиль Кравченко можно охарактеризовать как неоромантический гротеск, впечатляющий своей динамикой, замысловатыми контрастами и энергичной живописью.

В 1904 году Кравченко поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества, где учился у Сергея Васильевича Иванова (1864-1910), Абрама Эфемовича Архипова (1862-1930), Константина Алексеевича Коровина (1861-1939) и Валентина. Александрович Серов (1865-1911), окончил его с отличием в 1910 году.Затем он отправился в Италию и Грецию, исследуя крупномасштабную живопись и фрески. Его итальянские и русские пейзажи получили признание публики и выставлялись Союзом художников России, движением «Мир искусства» и Московским товариществом художников.

Кравченко, однако, не ограничился только живописью. Также он работал в Саратове художником-постановщиком, художником плаката и оформителем монументальных агитационных постановок. Переехав в Москву, он стал членом Общества художников четырех искусств.Общество, действовавшее с 1924 по 1932 год, стремилось объединить представителей всех «четырех искусств», живописи, скульптуры, графики и архитектуры. Кравченко сконцентрировался как на книжной иллюстрации, так и на графике, и благодаря своему неоромантическому стилю сделал успешную карьеру в иллюстрировании произведений выдающихся писателей-романтиков, таких как Николай Гоголь (1809-1952), Эрнст Гофман (1776-1822), Виктор Гюго. (1802-1885) и Стефан Цвейг (1881-1942). Кравченко создал свои наиболее совершенные иллюстрации к Гоголевскому портрету Portret («Портрет», издание 1929 года), используя гравюру на дереве.

Несмотря на многогранную деятельность, Кравченко продолжал рисовать на протяжении всей своей карьеры и стал профессором Суриковского художественного института в Москве. В 1920-е годы он выставлялся на международных выставках с такими известными художниками, как Марк Шагал (1887–1985), Казимир Малевич (1879–1935), Леон Бакст (1866–1924), Василий Кандинский (1866–1944) и другие. Его работы представлены в Третьяковской галерее, Москва, среди других коллекций.

Благодарим Владимира Петрова за подтверждение авторства работы.

Палех и формирование русской нации в эпоху Брежнева на JSTOR

Статья, посвященная русской культуре, проходит в деревне Палех, находится в 300 км от северо-востока Москвы. Художники Палеха, созданные при производстве русского искусства "традиции", в стиле царицы и подвески советского периода. Кулон Forts du succès qu'ils avaient remporté les premières années de l'ère soviétique, ces artistes exploitèrent une veine nostalgique dont l'apparition pendant les années 1960 était due à la destroy des valeurs culturelles par la révolution et elle-même исторические памятники нацистов.Подвеска Ainsi les Russes soviétiques avaient-ils cette décennie le sentiment d'avoir vraiment perdu leur culture. Ils furent nombreux à se laisser Aller à un retour nostalgique vers leurs racines et leur identity culturelle au-delà de la date charnière de 1917, et Paleh leur procura un sentiment d'identité nationale qui se démarqua du context plus large de la culture multitiqueinationale sovi . Vu dans lapective de la chute du système soviétique, ce développement nous semble très ironique. Очевидный триумф русского национализма - это очевидный случай, когда память о главном защитнике, l'État soviétique, était sur le point de s'effondrer.После того, как я изучил эти факторы, находящиеся под влиянием ренессанса русской предварительной революции, статья будет обращена к вопросу о рассмотрении дилеммы, которая ставит отказ от национального статуса Российской Федерации в Российской Федерации. /// В этой статье рассматривается русская культура эпохи Брежнева через село Палех, расположенное примерно в 300 км к северо-востоку от Москвы. Художники Палеха были известны созданием якобы «традиционного» русского искусства позднего имперского и советского периодов.Опираясь на свои ранние советские успехи, художники Палеха воспользовались ностальгическим поворотом в советской культуре 1960-х годов, вызванным более ранним разрушением революцией культурных ценностей и разрушением нацистами древнерусских памятников. Таким образом, советские русские в 1960-е годы пережили сильное чувство культурной утраты. В рамках этого ностальгического поворота многие советские россияне смотрели за пределы революционного разрыва 1917 года в поисках культурных корней и идентичности. В процессе Палех дал советским россиянам особенное чувство национальной идентичности в более крупной многонациональной советской культуре.В свете распада советской системы такое развитие событий выглядело весьма иронично. Кажущийся триумф русского культурного национализма наступил как раз в тот момент, когда главный покровитель нации - советское государство - находился на грани краха. Исследуя сочетание факторов, стоящих за брежневским возрождением дореволюционной культуры, это эссе завершается рассмотрением дилемм, поставленных Российской Федерацией "осиротеванием" российской национальной идентичности.

Информация о журнале

Международный междисциплинарный трехъязычный (французский, русский и английский) журнал, посвященный истории русского мира, Cahiers du Monde russe стремится освещать политическую, социальную, экономическую и культурную историю Российской империи с момента ее зарождения в 1917 году. через USSE и, наконец, в различные штаты в своих выпусках.

Информация об издателе Миссия

Éditions de la 'EHESS заключается в повышении осведомленности и распространении требовательных и инновационных исследований среди научного сообщества и любознательной аудитории социальных наук. В соответствии с экспериментальной традицией École des Hautes Études en Sciences Sociales, они участвуют в исследовании новых областей знаний и работают над интеллектуальным проектом социальных наук множеством способов, областей и периодов, которые организуют эти дисциплины. .Les Éditions de l’EHESS ont pour mission de faire connaître et diffuser, auprès de la communauté scientifique et d'un public curieux des Sciences sociales, des recherches exigeantes et novatrices. В соответствии с экспериментальной традицией школы высоких исследований в области социальных наук, участие в исследованиях новых полей знаний и трудностей в интеллектуальном проекте социальных наук, в множестве различных образований и территорий. спокойные организационные дисциплины.

красивых редких раскрашенных фотографий русской деревни 1899 года Михаил Крюковский

Русская деревня в XIX веке была каторгой. «Кто не работает, не работает», как говорится. Эти фотографии были сделаны энтнографом Михаилом Круковским в 1899 году. Современные технологии позволили сделать их раскрашенными. Теперь мы можем увидеть, как много лет назад выглядела типичная русская деревня.

Рубеж XIX и XX веков стал золотым веком для русского этнологии и фотографии, которые стали «партнерами» в визуальном представлении этнографических культур. Михаил Крюковский (1865-1956) не имел высокого звания и звания. Путешествуя по России, он стал народным учеником, фотографом и любителем народной культуры.

В 1908 году Круковский путешествовал по Южному Уралу, где проявил интерес к разнообразию этнографических культур региона: описал башкир, мещеряков, русских, нагайбаков и кыргыс-кайсаков. Также он изучал заводской быт и быт старообрядцев и казаков, много внимания уделял живописным пейзажам Южного Урала.

Путешествие Круковского было не просто описанием этнографических деталей повседневной жизни, а скорее исследованием характера и эмоций местного населения. Во время своих путешествий он делал фотографии, которые делали его наблюдения особенно реалистичными. Круковский фотографировал города, села, пейзажи Южного Урала, а также жителей края. Его мотивацией было не только желание увидеть новые территории и этнографические культуры, но и желание поделиться своими наблюдениями с другими.

В путешествиях Круковского фотография была не просто дополнительным инструментом, а средством наблюдения и обмена впечатлениями. Круковский оставил после себя незатронутые и эмоциональные этнографические наблюдения и ценные свидетельства жизни жителей Южного Урала (например, он был единственным автором, описавшим северную группу нагайбаков), а также сотни этнографических фотографий. которые представляют большую исследовательскую ценность для современных ученых.











(Посещали 1 раз, Посещали сегодня 1)

Марк Шагал.Я и Деревня. 1911

В центре картины встречаются лица козла и человека, их зрачки соединены слабой неровной белой линией. Контуры их носов, щек и подбородка составляют основу набора взаимосвязанных диагоналей, концентрических кругов, плоскостей цвета и фрагментированных форм. К этой центральной паре присоединяются парящие фигуры и виньетки, которые сказочно разбросаны по всей композиции: слева женщина доит корову; вверху у входа в церковь появляется парящее лицо; В ряду домов два перевернутых.

Шагал нарисовал I и Деревню через год после переезда из России в Париж, где он присоединился к яркому сообществу международных художников, известному как La Ruche (Улей), названному так за их близость и продуктивный обмен, который происходил в окрестности Монпарнаса. Отчасти вдохновленный недавним развитием кубизма, « I» и «Деревня » демонстрируют характерный для Шагала словарный запас абстракции, характеризующийся фантастическими красками и фольклорными образами, почерпнутыми из воспоминаний о белорусском доме художника, крестьянском городке на окраине Витебска.Название этого произведения, придуманное поэтом Блэзом Сендраром, близким другом Шагала, напоминает об отношении художника к его дому и каламбур по проникающим взглядам его центральных фигур.

Отрывок из публикации MoMA Highlights: 375 работ из Музея современного искусства, Нью-Йорк, (Нью-Йорк: Музей современного искусства, 2019)
Дополнительный текст

Шагал вырос в хасидской общине на территории современной Беларуси.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *